— Борис, расскажите, пожалуйста, что сейчас происходит с Generative AI?

— Искусственный интеллект сейчас везде и всюду, можно делать обзор хоть каждую неделю, индустрия будет только нарастать. Например, только за 2023 год я делал доклад по AI на четырех конференциях. На последней конференции в Дублине каждое второе выступление было об этом.

С моей точки зрения, то, что сейчас происходит, — это новая компьютерная революция. Этот период сравним с появлением самого Интернета. Все сферы бизнеса и жизни будут затронуты.

Мы тоже начали активно применять нейросети в нашей практике. Сначала провели внутри компании специальный хакатон, чтобы получить обратную связь и предположения сотрудников, как все будет дальше развиваться, кто этими инструментами хочет/будет пользоваться или уже пользуется.

Оказалось, что большинство уже внедрили AI-тулы, чтобы помочь себе в работе. Также было высказано много классных идей, сейчас мы их осваиваем и развиваем.

Часть уже интегрировали в Solutions для клиентов и масштабировали лучшие практики внутри Intetics.

Будем двигаться в этом направлении, чтобы увеличить производительность и качество работы программистов и других сотрудников.

Потому что как показывают последние аналитические отчеты (тот же Gartner), команды инноваторов, внедряющие Generative AI в свою работу, достигают сильных и быстрых результатов.

Многие говорят о том, что IT компании, чтобы находить клиентов, нужно выделиться среди конкурентов, и зачастую за счет узкопрофильной нишевой экспертизы.

Об этом твердят спикеры на отраслевых конференциях, лидеры мнений в блогах, коучи на своих курсах.

И вот мы решили узнать, какая же экспертиза из Восточной Европы востребована на рынках Европы и США.

Спойлер: никакая.

У президента Intetics Бориса Концевого и директора по Digital маркетингу компании Ирины Дубовик на этот счет есть свое мнение.

Справка:

Борис Концевой — основатель и президент Intetics Inc. Под его руководством группа инженеров-программистов превратилась в глобальную технологическую компанию с многочисленными профессиональными сертификатами и отраслевыми наградами, включая Global Outsourcing 100, Software 500, Inc 5000 и лучшую в своем классе компанию Global Sourcing Association.

В целом Борис имеет более чем 30-летний опыт руководства командами разработчиков программного обеспечения и более 50 научных публикаций в области компьютерных наук и автоматизации.

Он также является сертифицированным специалистом по аутсорсингу, членом технологического совета Forbes и создателем нескольких сервисных бизнес-моделей, включая Offshore Dedicated Team® и Remote In-Sourcing®.

Борис заслуженный судья конкурса WebAward с 2000 года, является обладателем пяти WebAwards за различные веб-сайты, в том числе за новый инновационный слайд-сайт Intetics.com (2021 г.).

Ирина Дубовик — Digital Marketing Director, отвечает за цифровой маркетинг, проекты по развитию бизнеса и Centers of Excellence для развития талантливых людей, масштабирования прорывных идей, технологий и проектов в Intetics.

Ирина — опытный менеджер по маркетингу и развитию бизнеса с более чем 19-летним опытом работы в сфере IT и FinTech.

Она также является разработчиком первой карты экосистемы стартапов в Беларуси, принимает экспертное участие в проектах Diia City (Украина), создании нового законодательства и развитии комьюнити в странах присутствия Intetics.

Выпускница программы IVLP’2018, посвященной женщинам и предпринимательству, Государственного департамента США. Менеджер проекта и лауреат 3 WebAwards 2021 за разработку нового слайд-сайта www.intetics.com.

— Здравствуйте, Борис и Ирина. Как мы с вами ранее договорились, поговорим сегодня о том, какая нишевая экспертиза из Восточной Европы сейчас востребована.

— Давайте сразу внесем ясность. Ваш вопрос в этой постановке ответа не имеет. Точнее он не может существовать.

Это очень распространенная вещь, не только в Беларуси, Украине и других странах СНГ, а по всему миру. На всех маркетинговых конференциях все время говорят одну и ту же самую вещь: “У вас должна быть нишевая экспертиза, в вашей нише вы должны быть суперспециалистом — и тогда у вас будет какой-то бизнес”.

Почему нонсенс? Потому что в мире так не бывает.

Критерий “нишевости” заключается иногда в том, действительно ли софтверная фирма делает нечто такое, что востребовано специалистами в этой самой “нише”, какой-то индустрии.

В наших краях большинство компаний заявляют о том, что у них есть нишевая экспертиза.

Они, например, могут сказать: “Мы — самый лучший PHP Shop”. Или: “Мы все знаем про Amazon Cloud”. “Мы специализируемся в Artificial Intelligence”. Или, например, автономный драйвинг (в Восточной Европе в последнее время многие заявляют такую специализацию).

Т.е. часто называют какую-то одну технологию. Почему? Просто так получилось. Т.е. у меня было 5 хороших бойцов PHP-стов, поэтому у меня есть нишевая экспертиза.

Но в реальности, когда дело идет про какую-то там технологию, это никакая не нишевая экспертиза. Это именно доступность некоторых специалистов, которая вдруг у меня образовалась. Пара сильных ребят — вот и вся моя ниша.

Второй момент. Когда вы на самом деле имеете нишу в виде какого-то вертикального знания.

Например, вы, конечно, умеете делать applications. И когда делали, узнали, например, как срастаются кости и как правильно делать протезы для этих костей. Один, кстати, из наших case studies.

Так вот, требовать от программистов быть ортопедами в данном конкретном случае является нонсенсом. Понимаете? Такого просто не бывает. Есть ортопеды, есть программисты, которые могут каким-то образом помочь первым что-то делать. Нужно ли программистам становиться ортопедами? Типа поменять профессию?

А теперь дальше. У меня есть 5 PHP-стов, которые абсолютно классные, и я вдруг нахожу из-за своей, так сказать, нишевости какого-то большого клиента, которому нужна команда из 50 специалистов. Какие мои действия? Никакие. Потому что 5 — это не 50. А набрать 45 еще таких же классных —еще та история.

Вернемся к ортопедам, т.е. к вертикальной нишевости. Мы предполагаем, что все ортопеды мира вдруг бросятся в одну конкретно взятую software development компанию только потому, что они сделали пару проектов в этой самой ортопедии?

В общем это все, извините за мой французский, байда. Поэтому мой ответ на вопрос, какие ниши сейчас востребованы — никакие, это все неправда. К нам идут за разработкой софта, а не знаниями ниши клиента.

Далее. Предположим, вы бросили все силы на ортопедию. Сколько клиентов вы найдете? Можно ли построить бизнес на 800 человек (размер Intetics) на ортопедии? Нет, потому что “нишевость” не масштабируется!

Давайте возьмем любого крупного игрока на IT рынке, не важно, на нашем или западном. Какая ниша у EPAM? Какая ниша у SoftServe? Какая ниша у Accenture?

Возьмите, например, ТОП-100 компаний в Восточной Европе и посмотрите на их веб-сайты. Найдите мне хоть одну, которая будет заявлять, что у них есть ниша, если она имеет больше 300 человек в штате.

Нишевости не существует. Да, может быть, что у какой-нибудь небольшой фирмочки в 20-50 человек было случайное везение. И вот они могут говорить о какой-то там нише в силу просто их исторического клиента, обычно одного, который у них сложился. И вот тогда получается, что они якобы нишевые.

Но на самом деле все вот так выглядит, а не как в учебнике по маркетингу.

— Как вы пришли в компанию Exadel и чем вы там занимаетесь?

— Несколько лет назад на меня вышел Лев Шур — вице-президент Exadel Solutions — и сообщил, что они хотят создать контент-команду, предложил мне развивать это направление. [О том, как собрать контент-команду для IT компании на Kraftblick.Media есть отдельный материал — прим. ред.]

У меня, конечно же, сразу возникло множество вопросов: что мы будем делать, чего мы хотим добиться и т.п.

— Сколько человек в вашей контент-команде?

— Всего лишь год назад был только я, но сейчас у нас 9 человек. Каждый может писать тексты, включая пруфридеров, SEO-специалиста и меня. Т.е. мы можем делегировать работу друг другу.

— Что входит в ваши обязанности, помимо создания контента?

— Здравствуйте, Артем. Мы раньше общались с вашим предшественником Михаилом Романовским, который рассказывал о том, как удалось завести аутсорсинговую машину от 50 человек и 2 клиентов до 300+ FTE. Почему же сейчас у Oxagile возникла потребность использовать Account-Based маркетинг вместо Channel-Based?

— Почему возникла идея переделать сайт? Какой-то конкретный триггер был или необходимость зрела давно?

— Просто пришло время для изменений.

Первый сайт у нас появился еще в 1994 году.

С тех пор тенденции веб-девелопмента менялись много раз, уже поколений шесть, наверное, было. А наш сайт остался в каком-то смысле в третьем или четвертом поколении.

Но мне кажется, что веб-девелопмент ушел не туда.

Я в свое время написал несколько научных работ, посвященных классическому гипертексту. Это и есть основа World Wide Web.

Так вот, современный веб на классический гипертекст уже не похож.

Это не та подача информации, которая позволяет потреблять ее максимально эффективно и быстро.

Это бесконечные скроллинги, бесконечные страницы.

А ведь посетитель хочет оперативно получить какой-то байт информации для своего конкретного дела.

И структура нашего нового сайта как раз отражает такую потребность.

— В прошлый раз мы говорили о том, что нужно знать и что сделать, прежде чем выводить IT компанию на рынок Китая. Откуда к вам пришло знание, как работает рынок Латинской Америки?

— Я исследовал многие рынки, и пришел к выводу, что этот регион очень перспективный.

Кроме того, он гомогенен.

Бразилия, например, по устройству экономики очень похожа на Россию.

Соответственно, переделывать свой продукт и делать локализацию IT компаниям будет очень легко: достаточно перевести на испанский или португальский язык.

Кроме того, к российскому бизнесу здесь относятся легко и доброжелательно — еще жива память у населения о дружественном Советском Союзе.

Поэтому я и решил более прицельно изучить латиноамериканский рынок.

Потом нашел себе постоянного партнера — Наира Бонифацио — и постепенно начал приводить туда российские IT компании.

— Т.е. вы считаете, что перспективы у этого рынка есть?

— В каком случае IT компании имеет смысл идти в Китай?

— Ситуация такова, что большинству и не стоит.

Особенно из России.

Из десяти компаний, которые ко мне приходят, только лишь одна может реально идти в Китай.

Одной-двум компаниям я еще могу сказать так: “Ребята вы туда можете пойти. Но подождите годик, подкопите деньжат, продукт допилите, ресерч хороший сделайте, подготовитесь“.

А у остальных больше шансов с другими рынками, бразильским, например.

— А больше возможностей у продуктовых IT компаний или сервисных?